|
|
Рассказ №25210 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 18/10/2021
Прочитано раз: 16098 (за неделю: 30)
Рейтинг: 53% (за неделю: 0%)
Цитата: "Из стремительно слипающейся вагины выдавливается сперма, и заботливая мать быстро вводит внутрь большой палец, энергично растягивая и разминая влагалище - все для того, чтобы ему проще было принять крупного брата. Она вынимает палец, и погружает его в рот дочери, а на его место уже втискивается толстенький красавец. Старший брат входит в сестру значительно легче, чем до этого входил младший - очевидно мама хорошо знает, как с утра заботиться о своих детях. Пелеринка на лице сестрички сбилась и становится видно, как та сначала самозабвенно сосет материнский палец, а когда мать забирает его - кусает алые губки. Ее ножки уже растянуты матерью почти что в шпагат, и старший брат беспрепятственно накачивает хрупкое тельце еще не очень желанным, почти болезненным блаженством. Видно, что сестричке одновременно и неприятно, почти больно, и очень сладко) ...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Мать что-то спрашивает, и дочка кивает. Сбоку в кадр входит давешний паренек (наверное - сын) , поддрачивая упругий стоячок с полностью открытой ярко-розовой головкой. Женщина отстраняет его руку, берет в ладонь задорный хуек и подтягивает за него брата к растянутой ее пальцами, поблескивающей влагой вульвочке сестры. Она не спеша водит моментально увлажнившейся головкой по скользким лепесточкам, а потом одним уверенным движением вдавливает головку в тесную щелочку вагинки. Сестричка, чуть дернувшись, выгибается, а ее брат нажимает, упершись ладонями в мамины колени. Камера наезжает на место контакта, и становится видно, насколько туго обхватывает плоть сестры орган брата: снаружи уже не видно ни малых губок, ни клиторочка - только плотный валик натянутой кожи. Сын начинает вытягивать хуек, и вслед за ним на свет выглядывают натянутые на него лепесточки.
Мама кладет палец на крохотный клювик прижатого к стволику клиторочка, и поглаживает его, пока сын, уже более уверенным движением, не вдавливается обратно. Камера отъезжает, показывая тяжело дышащую дочь, разметавшуюся на руках у матери. При каждом толчке она задерживает дыхание и сжимается болезненной пружинкой, а когда стволик показывается наружу, выдыхает и ее животик и грудка начинают часто-часто вздыматься. Толчки учащаются и дочка уже просто подергивается в нежных материнских объятиях, стараясь поджать коленки, но мать не дает ей их свести, предоставляя свободу действий сыну. Тот успевает сделать еще пять-шесть ударов, и, вдавившись в тело сестры, вытягивается в струнку. Дав ему полминуты поблаженствовать, мать потихоньку отпихивает его в сторону, открывая доступ старшему сыну, который появляется в кадре, демонстрируя красивый, крупный для его возраста член.
Из стремительно слипающейся вагины выдавливается сперма, и заботливая мать быстро вводит внутрь большой палец, энергично растягивая и разминая влагалище - все для того, чтобы ему проще было принять крупного брата. Она вынимает палец, и погружает его в рот дочери, а на его место уже втискивается толстенький красавец. Старший брат входит в сестру значительно легче, чем до этого входил младший - очевидно мама хорошо знает, как с утра заботиться о своих детях. Пелеринка на лице сестрички сбилась и становится видно, как та сначала самозабвенно сосет материнский палец, а когда мать забирает его - кусает алые губки. Ее ножки уже растянуты матерью почти что в шпагат, и старший брат беспрепятственно накачивает хрупкое тельце еще не очень желанным, почти болезненным блаженством. Видно, что сестричке одновременно и неприятно, почти больно, и очень сладко) .
Дина несколько раз порывалась выключить эту гнусность, но не находила в себе сил и досмотрела до конца: и то, как бурно кончал в сестру старший брат, и то, как сладострастно снимала камера истекающую обильной спермой алую щелку, и то, как по очереди вылизывали ее "мать" и "братья" , и то, что густые русые волосы "дочери" на затылке были заколоты большой заколкой: Очень необычной заколкой. Запоминающейся.
Дина готова была поклясться, что где-то ее уже видела. Предчувствие радостной волной смыло муторную горечь, оскоминой застрявшую где-то в диафрагме. Идея стремительно обретала конкретные очертания. Дина облегченно выдохнула: точно! Так и есть!
***
Это была поездка по обмену опытом по программе расселения детских домов. Программа началась как поветрие из столицы - "у каждого НАШЕГО ребенка должен быть РОДИТЕЛЬ". Идея тогда понравилась, прижилась, и успешно реализовалась в столице. Конечно, с такими-то налогами! Суть была в том, чтобы привлечь незамужних и бездетных женщин в качестве воспитателей, постоянно проживающих в одном доме с пятью-шестью разновозрастными детдомовцами. Каждой такой "семье" выделялся отдельный коттедж и содержание. "Мамочке" же выплачивалась зарплата. За желающими дело не стало, и проект заработал. Но только в столице. На местах, глядя на позитивный столичный опыт, конечно напрягли бизнес, собрали деньги и попытались реализовать нечто подобное. Однако, как и ожидалось, почти везде возникли проблемы с организацией и финансированием, и с мест в столицу потянулись делегации чиновников и бизнесменов для обмена опытом. В их число по линии благотворителей попала и Дина.
И вот там-то, в одном из десятка этих новых поселков на очередном совещании Дина и усмотрела эту заколку. Девчонку она конечно тогда не разглядела, а вот эту стерву сейчас, кажется, вспомнила. Без маски, да в обычной одежде она не представляла ничего интересного - так, еще одно серое пятно на сером же фоне. Подумать только! Вот так живешь и не знаешь, что рядом с тобой под незаметной личиной существует настоящее зло. А зло надо искоренять! Да!
Дина размышляла, уставившись в одну точку, а ее рука что-то машинально искала на столе. Наконец она нащупала айфон. Дина вздрогнула, потом взяла в руку аппарат и набрала номер.
- Борис. Через полчаса у меня. Я знаю, что поздно. По дороге заедешь в аптеку, возьмешь три: нет, пять резинок. И себе что-нибудь: укрепляющее. Жене скажи, что вернешься завтра. Все.
ДАНИИЛ
Даня не находил себе места со вчерашнего вечера, когда мать вызвала их с Верочкой на свою половину и заявила, что теперь они должны по два раза в неделю заниматься рисованием.
Даня сначала сильно перепугался - неужели мать узнала про его художества!? Он уже было открыл рот, чтобы отнекиваться и отпираться, но тут прозвучало волшебное слово "в библиотеке". Даня, опешив, перехватил хитрый торжествующий взгляд более сообразительной сестры - мол, я же говорила - и до него стало доходить. Он захлопнул рот, и дальше только кивал, слушая наставления про "хорошо себя вести" , "слушаться учителей" , "стараться" и прочую родительскую лабуду.
Когда мать наконец их отпустила, Верочка принялась прыгать вокруг Дани как полоумная коза, и взахлеб, громким шепотом восторженно твердить:
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 27%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 82%)
|
|
|
|
| | ... - Хули шлюха развалилась? Иди подмойся, ебальник помой, ко мне щас гости подъедут. Она пошла в ванну и привела себя в порядок. Ей было страшно, она понимала что кошмар только начался. Послышался звонок в дверь, Сергей схватил ее за руку и потянул за собой: ... Открылась входная дверь, на пороге показались трое парней. ... Парни разглядывая Марию стали нецензурно обсуждать ее. Мария смущенно ловила взгляды, обращённые на неё. Она продолжала стоять посередине комнаты. | | |
|
|
|
| | Тем временем их девушек обступили со всех сторон: Гермиона покорно села сверху на Вейзи, развела пальцами половые губы и опустилась хлюпнувшей пиздой на его член. Рядом таким же образом Джинни оседлала Харпера. Эйвери и Забини встали у них за спинами; Гермиона с Джинни привычно раздвинули пальчиками ягодицы, выставляя на показ сморщенные анусы. Гарри сам не сразу заметил, что дрочит свой вставший член. Поняв, что он делает, Гарри испуганно взглянул на его друга, но Рон сам уже гладил свой стояк через штаны. Во все глаза Рон глядел туда, где его девушка и младшая сестра прыгали мокрыми вагинами на стояках слизеринцев и стонали, когда сквозь узкие сфинктеры в их аналы проталкивали ещё два пениса. | | |
|
|
|
| | Наши губы снова слились в долгом поцелуе, руки опять начали путешествие по самым потаённым местам тел друг друга. Наташа перевернулась на животик, призывно приподняв попочку, мне же оставалось только выдавить на палец гель и обильно помазать им внутри. После этого я запустил два пальца и осторожно пошевелил ими разрабатывая отверстие, а дочь в это время наносила смазку на член. И вот головка коснулась морщинистых стенок сфинктера, я чуть-чуть надавил и стал постепенно погружаться, чувствуя сопротивление узкого канала. Процесс шёл медленно, с трудом, но, наконец весь член до самых яичек пропал в Наташиной попке, и я начал аккуратные, поступательные движения. Дочка стонала, сжав зубы. | | |
|
|
|
|
| | Разумеется, мои сексуальные контакты в студенческие годы не ограничивались пределами нашего института. Вообще эти пять лет были, возможно, самыми насыщенными в сексуальном смысле. Мы шагали по жизни бодрым маршем, останавливаясь (совсем по Цою) "у пивных ларьков", да ещё в постелях подруг. Впереди - вся жизнь, а вокруг - сотни молодых и красивых девушек, воспитания, мягко говоря, не слишком пуританского, так же, как и мы жаждущих развлечений. Молодость, здоровье... Мы не знали похмелья, мы могли кончать по четыре-пять раз за вечер, мы трахали всё, что шевелится, легко расставаясь со старыми подругами ради новых встреч. Блондинки и брюнетки, длинноногие модели и маленькие кошечки, пышногрудые матроны и стройные узкобёдрые спортсменки... Рассказать обо всех, да что там рассказать - вспомнить их всех невозможно. Именно поэтому я решил ограничить свой рассказ об этих годах студенческой темой. | | |
|
|