|
 |
Рассказ №1053 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 22/02/2024
Прочитано раз: 63344 (за неделю: 172)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "По тропинке, ведущей к заброшенной баньке, шла совершенно голая де-вушка. Лунный свет играл блестками в ее распущенных волосах, доходивших до пояса, а заросли крапивы то обнажали, то вновь скрывали ее стройные ноги. Словно вылитая из серебра, она прошла так близко, что я успел заметить, как вздрагивала при ходьбе упругая девичья грудь.
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ] [ ]
Еще девочкой я читала в наших книгах, что земная любовь -самое сладос-тное и самое горькое из всех чувств, какие только есть во Вселенной. И я мечта-ла испытать это колдовство сладости и горечи.
- Значит, ты прилетела за любовью?
- За мечтой, Дан. И здесь я встретила тебя...-она так нежно посмотрела на меня, что на какой-то миг я забыл о неизбежной разлуке.
- Во мне нет ничего особенного, Лили, -смущенно пробормотал я.
- И это восхитительно, именно это поражало меня в детстве, как можно полюбить человека и не знать, за что? Просто за то, что он есть. Я не верила, что такое бывает. Но случилось же!
Лили, ласковая и прекрасная, прильнула ко мне, и я почувствовал свежий аромат ее дыхания.
- Пережив первую влюбленность в тебя, - продолжила девушка, - я испила из горькой чаши, я узнала, что такое ревность. Я была в баньке, когда вы с Эллой...
Девушка вдруг порывисто отвернулась от меня:
- Это было ужасно, я ходила как сумасшедшая по лесу. Противный! -она вдруг чмокнула меня в щеку. Я покраснел:
- Но ведь и ты не осталась в долгу...
- Я читала, что измена - лучшее лекарство от ревности. Но оказалось, что это не так.
Мне стало еще хуже...
- А этот егерь...- начал было я.
- Молчи, -перебила меня Лили. -Тогда я решила стать на время Эллой. Повторить все то, что у вас было, и в той же баньке. А сейчас я поднялась на вершины блаженства, недоступные рациональному разуму жителей нашей пла-неты. Я люблю, Дан, -она пылко расцеловала меня.
- Лили, когда ты должна лететь?
- Не позже завтрашнего утра, Дан.
- А как же я? Я умру без тебя, любимая!
- Дан, я знаю, я преступница. Я виновата перед твоим и перед своим ми-ром. Я не должна была этого делать. В наших книгах написано, что землянин по-гибает от любви к инопланетянке, его сознание парализует мысль о космиче-ской бездне, а сердце не выдерживает разлуки. Поэтому ваша планета объявле-на заповедником.
- Чтобы сохранить цветок? - горько усмехнулся я.
- Космическая полиция не дремлет. То, что вы принимаете за НЛО, их пат-рульные корабли. Их много.
- Что они с тобой сделают, Лили, если обнаружат?
- Об этом даже не хочется говорить, Дан. Это намного хуже вашей смерт-ной казни. Меня расщепят на атомы.
- А что сделают со мной?
- Ты под охраной заповедника, тебя не убьют, но сотрут из памяти все, связанное со мной.
- А если мне легче умереть с мыслью о тебе, чем жить с обрубленной памятью?
- Они никого не спрашивают, Дан. Я знаю, мне не следовало прилетать сюда, ломать твою жизнь, любимый.
- Знаешь, Лили, я как-то задумался, что хорошего было в моей жизни, ка-кие ее моменты я хотел бы пережить дважды? Я думал, наберутся месяцы, а оказалось - всего двадцать минут. Из них три с Эллой. И еще кое-что, о чем ты не знаешь. Вот и все. Остальное не стоит того, чтобы о нем вспоминать. А с то-бой я уже столько часов. Это больше, чем отпускается простому смертному. Нет, Лили, что бы ни случилось, ты не должна упрекать себя...
Я не закончил. Вспышка, более яркая, чем молния, озарила окрестности.
- Это они! - Лили до боли сжала мою руку.
- Бежим!
Мы выскочили из палатки. Высоко в небе над нами завис конусообразный предмет. Медленно и зловеще вращаясь вокруг своей оси, он шел на посадку. Вдруг он испустил яркий изумрудный луч. И тотчас у меня отнялись ноги. Я сто-ял как каменное изваяние у подножия большой ели, прижимая к себе трепещу-щую Лили. Корабль бесшумно опустился на грунт, подминая под себя тонкие деревца. Открылся люк, из него вышли трое инопланетян. Они оторвали от ме-ня Лили и пристегнули её к высокому белому штативу. Старший из инопланетян поднял над головой светящуюся в темноте книгу, поднес ее к бледному лицу Лили, что-то прошептал. Я понял, что это приговор. Однако вместо того чтобы смотреть в книгу, девушка повернулась ко мне - это был прощальный взгляд, полный любви и муки.
Все трое отступили на несколько шагов, в руках одного из них появился бластер. Точно такой же, как тот, что я спрятал под елью. Инопланетянин навел его на Лили. Сделав невероятное усилие, я выхватил из-под корневища припря-танное оружие. Нажал спуск. Вспыхнул яркий пучок света. Все трое мгновенно превратились в рой искрящейся серой пыли. НЛО вздрогнул и пошел на меня. Я снова нажал спуск. Луч вошел в НЛО, и он начал разваливаться. Я не отпустил курок до тех пор, пока инопланетный корабль не стал тучей светящейся пыли, которую ветер понес в глубину леса. Тогда я бросился к Лили, освободил ее от пут и, подхватив на руки, понес к старой баньке.
- Лили! - шептал я, целуя лицо потерявшей сознание девушки. Пригоршня холодной родниковой воды привела ее в чувство.
- Зачем ты это сделал, Дан? Они всесильны. Нам не уйти от них. Теперь будет только хуже, - Лили заплакала.
Мне стало так нестерпимо жаль девушку, что я позабыл о своих собствен-ных страданиях.
- Лили, пока эти руки сжимают оружие, тебе нечего бояться. Идем в твой корабль.
Мы прошли сквозь потайной лаз и скоро оказались в летающей тарелке. Та-кая миниатюрная снаружи, она оказалась настоящим дворцом внутри. Мы про-шли в спальню Лили. Я опустился на кровать, покрытую тканью с непонятными мне рисунками, открыл жалюзи. Прямо против иллюминатора, высоко в небе, стояла та ночная звезда.
- Лили, почему она так светит? Девушка тоже подошла к иллюминатору:
- Это наш злой гений, Дан, спутник-шпион, который выследил меня.
- Почему же они не схватили нас сразу?
- Скорее всего они собирали обвинительный материал.
- Какая мерзость!
- Эта штука - их последнее достижение. Она способна даже вмешиваться в ход событий. Она не единственный наш враг. - Лили нажала незаметную голубую кнопочку, и на стене вспыхнул экран. На нем маленькими золотыми бусин-ками светилось множество точек.
- Это их корабли, Дан. Скоро они будут здесь, - в голосе девушки послы-шалось отчаяние.
- Сколько у нас времени, любимая?
- Чуть больше трех часов.
- Сто восемьдесят минут, если разделить их на те двадцать, которые мне хотелось бы пережить дважды, сколько будет?
- Девять.
- Девять жизней, Лили, это же много! Забудь обо всем и обними меня. Падая в мои объятия, Лили успела нажать какую-то кнопку. Свет в спальне померк, стены отодвинулись, растворились. Послышался тихий плеск воды. Он становился все явственнее, все звонче. Где-то далеко заблеяла овца, пролетел шмель, новые и новые звуки вплетались в ткань ласкового летнего утра. Наконец я увидел дощатый мостик на берегу, окруженный белыми и желтыми кувшинка-ми. Юная, гибкая девушка в длинной бордовой юбке полоскала белье, пышные пшеничные волосы и голубые глаза делали ее похожей на маленькую лесную фею. Это была Лили и не Лили. В ней было что-то знакомое, но не до конца.
- Лили, - я несмело окликнул девушку, - ты была такой раньше?
- Поцелуй меня, Дан, - застенчиво попросила девушка. Я обнял ее, положил на мостик. Левой рукой приподнял подол ее длинного выгоревшего платья. Обнажилась стройная девичья нога, не тронутая загаром, я поднял подол до самых плеч и покрыл поцелуями ее свежее, благоухающее тело.
- Не надо, Дан, нас могут увидеть, - прошептала девушка. Но тут же бессильно уступила моим ласкам. Её ножки свесились в воду по обе стороны мостика. Упало, поплыло вниз по течению выстиранное белье. Я на-гнулся к самому лицу девушки и, глядя в ее немигающие прекрасные глаза, спросил:
- Тебе хорошо?
- Да.
- А сейчас?
- Еще лучше.
Мое нетерпеливое, дающее сладость и боль существо отвердевало в ней, и она это чувствовала. Мы поднимались, напрягаясь и извиваясь в объятиях, к вер-шине страсти и вдруг спустились с нее в сладостных судорогах, полных неги и расслабленности. Все кончилось, а мне было так же хорошо, как и в самом нача-ле, и это было простым и верным признаком настоящей любви.
Я обнял девушку, и мы долго сидели на мостике, опустив ноги в воду. Стай-ки серебристых мальков щекотали наши ступни, а водная гладь отражала нас, даря на память бесконечное множество ярких цветных «фотографий», обрам-ленных белыми лилиями.
- Лили, я думал, инопланетяне - яйцеголовые существа, похожие на насекомых. Вы ни чем не отличаетесь от нас. Почему это?
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 84%)
|
 |
 |
 |
 |  | Мы вдвоём дошли до нужного нам места (я, по правде говоря, сама уже хотела, правда по маленькому) , оставили сумки у кассирши. И пока Ленка протягивала купюру, я услышала хруст ткани: Пока она бежала последние метры от кассы до уборной, её джинсы с задней стороны увеличивались в объёме: |  |  |
|
 |
 |
 |  | Я сделала резкое, глубокое движение по твердому стволу, а, потом смутно помню, как все получилось. Мгновение - и я уже сижу прямо, а нож в Его горле, неглубоко, даже крови не вижу. Я вся похолодела от страха, что Он сейчас ударит... Мгновение... И нож уже опять в горле, только в другом месте, он хрипит, из первой раны льется кровь. Я вижу его руки, которые страшно бьются в воздухе - он меня схватит! |  |  |
|
 |
 |
 |  | Оргазм был бурным. Его волны захлестнули её с головой. Она, прикусила язычок и продолжая двигаться, скорее от судорог, дёргалась и дрожала в течение минуты. Его семяизвержение ей в попку лишь усилило её дёрганья и стоны. Обессиленная, она упала на него, разбив головой ему губу. Он обнял её сзади и поцеловал за ушко. Даже чувствуя кровь на губах, он боялся разбить её покой, продолжая нежно ласкать её животик, груди, бёдра руками. Они пролежали минут пять, прежде чем она встала. Полное удовлетворение было в глазах обоих. Потихоньку стали одеваться. |  |  |
|
 |
 |
 |
 |  | Успокоившись насчёт лица, я стал выполнять ещё одно мамино поручение - мазать своё тело кремом. Я взял с полки крем в розовой бутылочке и стал покрывать им руки, грудь, ноги до стоп, ибо я на них стоял, и, конечно же, между них. Правда, мне было неудобно мазать кремом писун, каким он стал, пустым шлангом, но и его я помазал. И даже яички, которые, напомню, после принятия ванной с розовой пеной, превратились в два маленьких холмика, разделённых маленьким пространством или ложбинкой, в которой удобно лежал мой писун-шланг, что позволяло мне носить узкое бельё для девочек. И опять я истратил целую бутылку крема на своё тело (надеюсь, мама не будет ругать меня за это) . Мне было очень приятно мазать этим кремом, так как он делал не только мою кожу очень нежной, мягкой и шелковистой, но и приятно пахнущей, ибо вся она была буквально пропитана очень приятным ароматом роз. |  |  |
|
|