|
 |
Рассказ №8788
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 01/10/2007
Прочитано раз: 21505 (за неделю: 29)
Рейтинг: 66% (за неделю: 0%)
Цитата: "И сейчас Лилия доверчиво и наивно смотрела в темные глаза Джамы, она тонула в них, между тем отвечая на её шутки разными колкостями, даже провоцируя подругу. По дороге с охоты они всегда громко ругались, выставляя этим протест в адрес старших амазонок, которые запрещали молодым девушкам сквернословить, а то боги обидятся, и вы попадете к кентаврам. Ха! Да что им за дело было до всех этих богов! А попасть к кентаврам, после сокровенных рассказов Джамы, Лилия бы тоже не отказалась. И даже их жестокость не смущала, а наоборот восхищала маленькую девочку. "Маленькой" её называли потому, что ростом она, прямо скажем, не вышла. Ей на всех приходилось смотреть снизу вверх, и это обычно раздражало Лилию, но только не тогда, когда они были вдвоём с Джамой. Лилии нравилось чувство своей защищенности, непоколебимой уверенности в том, что ее есть кому защитить, что Джама, высокая и сильная, всегда заслонит ее от стрелы, подхватит на лету бумеранг, закроет собой в случае опасности...."
Страницы: [ 1 ]
В непролазных дебрях джунглей жило племя амазонок. Мужчин у них не было, а дети рождались от кентавров, с которыми амазонки вели постоянную войну. Мальчиков переправляли на другую сторону реки, и если новорожденный выживал, его принимали к себе кентавры.
В тот вечер Лилия и Джама охотились вдвоем. Они постреляли розовых уток, напились ледяной воды из ручья и теперь ехали домой с добычей. Всю дорогу Джама рассказывала Лилии о том, как лучше держать лук, прицеливаться и убивать дичь, вобщем, обо всех примудростях охотничьего дела.
Хотя они были одного возраста, Джама многому научилась, пока была в плену у кентавров и считалась среди амазонок лучшей лучницей. Обманчиво хрупкое тело этой девушки на самом деле обладало недюжинной силой и выносливостью. Кроме того, она знала, как утолить свою страсть. Ночью, оставшись одна в своей хижине, Джама удовлетворяла себя куском рогожи или пальцами и пыталась громко не стонать, но это у неё выходило плохо (ведь она не могла забыть десять конских членов, долбящих её втечение суток, после которых стала просто помешанной на сексе) . Да, плен кентавров закалил её! Она и сейчас во время скачки терлась о седло, доводя себя до исступления, уединялась, якобы для тренировки, в чаще с боевым посохом и мастурбировала им, пока не оставалась совсем без сил.
Однако ничто не могло заменить Джаме нежных случайных прикосновений её подруги, её трепетного дыхания, её объятий во сне сырой ночью, о которых сама Лилия даже не подозревала. Ещё бы! Она же спала. И не помнила утром, как прижималась, под властью сладких грез, к телу Джамы, как ласкала гладкие волны её темных волос, как шептала во сне её имя.
И сейчас Лилия доверчиво и наивно смотрела в темные глаза Джамы, она тонула в них, между тем отвечая на её шутки разными колкостями, даже провоцируя подругу. По дороге с охоты они всегда громко ругались, выставляя этим протест в адрес старших амазонок, которые запрещали молодым девушкам сквернословить, а то боги обидятся, и вы попадете к кентаврам. Ха! Да что им за дело было до всех этих богов! А попасть к кентаврам, после сокровенных рассказов Джамы, Лилия бы тоже не отказалась. И даже их жестокость не смущала, а наоборот восхищала маленькую девочку. "Маленькой" её называли потому, что ростом она, прямо скажем, не вышла. Ей на всех приходилось смотреть снизу вверх, и это обычно раздражало Лилию, но только не тогда, когда они были вдвоём с Джамой. Лилии нравилось чувство своей защищенности, непоколебимой уверенности в том, что ее есть кому защитить, что Джама, высокая и сильная, всегда заслонит ее от стрелы, подхватит на лету бумеранг, закроет собой в случае опасности.
И вот, они подъехали к дому. Там все было готово для жертвоприношения. Убитую дичь сложили на костер, когда ночь опустила шторы на небо, и, вместе со всеми пропев хвалу богам, Лили и Джама принялись за праздничный ужин на траве под раскидистым дубом.
Пьяные амазонки горланили песни, болтали на тему: вот бы сюда сейчас одного-двух кентавров без оружия и шлемов, а подруги, в стороне от всех, лежали и считали звезды. Вдруг Джама увидела, как маленькая рука Лилии, звеня браслетами, потянулась к её шее и почувствовала, как та гладит её. Она взглянула на горячее от хмеля лицо подруги и поняла: что-то сейчас будет. Она вся переполнилась нежностью к этому преданному существу, и решив, что малышка просто немного пьяна, тихо сказала: Давай спать, милая.
- Только с тобой - ответила Лилия и поцелуем впилась в ее алые губы. Тут Джама не сдержалась и начала расстегивать кожаное платье изнывающей от страсти девушки. Она прошлась по ее телу своими чуткими губами, уловила дрожь точеной фигурки, лежащей под ней, неистовый блеск голубых глаз в каждом взмахе пушистых ресниц. Она добралась до лобка и ввела туда пальцы до упора, Лилия чуть слышно крикнула от боли что-то вроде даааааа и, не обращая внимания на текущую оттуда кровь, целовала розовые соски амазонки. Вскоре Джама погрузила в нее уже руку до запястья и над уснувшей деревней слышались хрипы, приглушенные стоны и сладострастные крики Лилии.
Когда тела были уже измучены, девушки заснули, удовлетворенные, обнявшись так, как обычно спят влюбленные, а с утра им предстояло идти вместе со всеми в наступление. По ту сторону чащи к обороне готовились кентавры, узнавшие об их плане. Разведчик, прятавшийся за соседним деревом, видел все, что происходило с ними, поэтому он даже не смог вспомнить, зачем его туда послали. Но было ясно одно - завтра победят амазонки во главе с Лилией и Джамой.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 31%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 77%)
|
 |
 |
 |
 |  | Дядя Павел как-то по-звериному рыкнул. Схватил ее одной рукой за шею, а другой за бедро чуть ниже талии. Поднял словно куклу, а потом резко опустил на свой хуй. Я испугался. Мама застонала и затрпепыхалась издавая крайне странные, почти не естественные звуки. Ебырь же притянул ее к себе и перевел руку с шеи ей за спину, заключив в захват, уперся ступнями в матрас кровати, согнув колени, и начал сношать ее. Ноги его жертвы в этот момент болтались в воздухе, словно у какой-то лягушки. Она верещала, хрюкала, пищала, что-то не членоразборчиво мямлила, но из того, что можно было понять - была явно довольной. И тут он снова посмотрел на меня. Я испытывал дикий коктейль новых для меня чувств вперемешку со страхом и стыдом. Мне было не понятно плохо ли то, что я только что делал. Ощущения были такие, словно у меня попросили дневник, а там куча двоек. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Третий этап был самым болезненным и неприятным, но я, конечно, терпела, боясь вызвать его недовольство. Его член был слишком большим для моего зада, и он не щадил меня, вводя его резко и глубоко. К концу третьего круга я доходила до пика, и мне нужно было всего несколько движений, чтобы снять напряжение. Но финал выбирал он. Редко, когда он бывал в хорошем настроении, и мое поведение удовлетворяло его, он сам помогал мне кончить. Во имя этого фантастического ощущения - ослабнуть у него в руках, отдав себя целиком, до последней капли, я была готова снести другие его пожелания. Часто он заставлял меня заниматься самоудовлетворением у него на глазах. Поначалу мне бывало очень стыдно, и я долго не могла кончить, несмотря на то, что оставалось совсем немного. Это забавляло его. Но вскоре я преодолела свой стыд. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Конец истории был следующий. Когда муж Ирки Серега стал утром собираться на работу, то обнаружил на лестничной клетке, на коврике голую жену. Кое как затащив ее домой и дав пиздюлей на всякий случай он уехал в рейс. А когда вернулся через два дня, то устроил допрос с пристрастием, после чего Ирка на улицу не выходила целый месяц. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Высунув язык на всю длину проводила по яйцам и по стволу до самого навершия, лизала так несколько раз подряд и снова брала глубоко в ротик. Челюсти уже сводило от усталости, она сосала с жарким придыханием, переходящим в стоны. Неистово всасывала эту нежную, чарующую головку, наслаждаясь каждым сантиметром, каждой минутой, словно пробка из бутылки шампанского вылетала та из девичих губ, вся испачканная губной помадой. |  |  |
|
|