|
 |
Рассказ №14976
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 07/11/2013
Прочитано раз: 37151 (за неделю: 120)
Рейтинг: 79% (за неделю: 0%)
Цитата: "Лохматая сконфуженно хихикает, потом вдруг вывертывается из-под Нелькиной руки и, подскочив к Шу, ухватывает ее ладонь в свои. Гладит ласково и молча, заглядывает снизу в опушенное лицо. Какой-то скрытый диалог между ними явно происходит: короткое время спустя Леночка снова поднимает голову, уже не хмурясь. Обменивается с Санечкой какими-то одним им понятными взглядами, улыбается уголками рта. Фыркает тихонечко. Потом громче. Начинает смеяться, все свободней и заразительней. Потом к ней присоединяется Санька. Потом Нелька. Потом и меня пробивает. Стоим посреди платформы, под взглядами пассажиров и проводников поезда "Владивосток-Москва", и хохочем. "Ржем, как кони" - Тохин бы сказал. А над чем - да хрен его знает! Можно ж и без причины ржать - просто потому что весна, потому что солнце, потому что мы все друг в дружку влюблены и этого ничуть не скрываем......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
{ Краткое содержание пропущенного: вернувшись в город, Нелли с Тиком ссорятся - она отказывается рассказать ему про Рината и причину вынужденного бегства, он скрывает от нее свое знакомство и измену с Санечкой. После серии трагических событий происходит примирение, Катька, сделав аборт, возвращается к матери, Тик переезжает жить к Нелли. Провожая уезжающую в Петербург Леночку, они сталкиваются на платформе вокзала с Санькой... }
***
- Костя?!
- Санька? Саанечкааа!
Ну невозможно было удержаться. Я ж человек, в конце концов. Я ж не железный. Я ж ее три недели не видел!
- Чуда лохматая...
- Ушастый...
И только уже подхватив "чуду" на руки и кружа по платформе, узрел я вдруг в ее счастливо расширенных глазах свое будущее - в виде отражения окаменевших на полушаге Лиски с Леночкой. Ладно, Лис еще ничего - мы с ней все обсудили ("... я все пойму, кот... только будь со мной честным... ") . Хотя тоже приятного мало, как вон с Катюхой в тот раз было: знать и видеть - разные вещи. А вот каким взглядом смотрела на нас Шу... Определенно, если ничего не сделать - то дружбе Елены Евгеньевны с Александрой Фирасовной придет большой пушистый песец. И еще кой-какой дружбе заодно, не будем показывать пальцем.
Всю жизнь буду благодарен Санечке за реакцию: пихнула кулаком и шепнула: "Тащи меня к ней! Извиняемся! Понял?"
Притащил. Поставил. Стою улыбаюсь, как деревенский дурачок на ярмарке.
- Ёжик, не сердись на него, - начинает партию Санечка. - Он не виноват. Ты ж меня знаешь, солнц, я иначе не умею. Дура я, и мозги у меня... там...
Включаюсь в игру:
- Шу, прости, что я тебе не сказал. Сначала это все с Нелькой и Катькой, потом переезд... забыл нафиг. Не сердись, ну пожалуйста.
На Саньку она не смотрит, как будто ее вообще нет. Весь взгляд - на меня. Нехороший взгляд. Темный.
... "Удивить - победить"? Так, кажется?
- Шу. На самом деле, знаешь... Спасибо.
Среди темноты прорезается некий лучик.
- Правда, Шу. Если бы не ты, я бы с Сашкой не познакомился. А теперь она у меня... тоже есть...
"Ох, дурак... " - можно и не уметь читать взгляды, все понятно. Но тучи начинают расходиться. Саня, тоже это ощутив, подхватывает:
- Ёжк, я тоже тебе так благодарна. Костя такой кайфовый, так жалко, что мы раньше не встретились. И все хорошо будет, Нелечка не против, а я свое место знаю. Правда, Нель? Мы же не соперницы? Ёжинька, ну прости нас.
- Ленка, правда. Не сердись на них. - Лис вдруг подходит и обнимает меня и Саню за плечи, просяще смотрит на одиноко стоящую перед нами Шу. Та опускает взгляд. - Я же их простила, дурней. Озабоченные подростки, что ты с них возьмешь. Детей не делают - и на том спасибо.
Лохматая сконфуженно хихикает, потом вдруг вывертывается из-под Нелькиной руки и, подскочив к Шу, ухватывает ее ладонь в свои. Гладит ласково и молча, заглядывает снизу в опушенное лицо. Какой-то скрытый диалог между ними явно происходит: короткое время спустя Леночка снова поднимает голову, уже не хмурясь. Обменивается с Санечкой какими-то одним им понятными взглядами, улыбается уголками рта. Фыркает тихонечко. Потом громче. Начинает смеяться, все свободней и заразительней. Потом к ней присоединяется Санька. Потом Нелька. Потом и меня пробивает. Стоим посреди платформы, под взглядами пассажиров и проводников поезда "Владивосток-Москва", и хохочем. "Ржем, как кони" - Тохин бы сказал. А над чем - да хрен его знает! Можно ж и без причины ржать - просто потому что весна, потому что солнце, потому что мы все друг в дружку влюблены и этого ничуть не скрываем...
Совершенно не помню, что было дальше, что мы говорили Шу на прощание, как вообще она уехала; когда пытаюсь вспомнить - всплывают только этот смех и почти что летнее тепло на перроне. Вроде еще какие-то знакомые пришли - или нет? Не одни же мы провожали? Ни-чер-та не помню. И Лиску расспрашивать не хочу: это будут ее ощущения, а у меня все-таки свои. Может, когда-нибудь потом вспомнится.
Память включилась обратно где-то в середине пути в Санькину общагу: наверное, она нас позвала в гости, а мы согласились. Иначе с чего бы нам с ней идти, если хотели сразу сваливать обратно, на ближайшей собаке?
***
- Лис, можно я покурю выйду? Это первая на сегодня, больше не буду.
Санечка метнула на Нельку ошарашенный взгляд: "Покурить? Разрешения просит??"
- Можно, котяра, - Нелли слегка усмехнулась - поровну Тику ("... ну что мне с тобой делать... ") и Санечке ("... учись, салага, мужиков строить!") .
Вдалеке хлопнула балконная дверь, и наступила тишина. Выждав из осторожности несколько секунд, сидящая с ногами на кровати Санька откинулась на стену и выдохнула:
- Нель, пока его нет - честно: ты злишься? На меня?
- На тебя? Не-а.
- Честно?
- Абсолютно. Сань, ты не понимаешь.
- Не понимаю. Объясни? Я бы злилась.
- Саш, ну кому от этого плохо? - Нелька потянулась. - Тебе? Ему? Мне? Ленке?
- Хм. Ленке - пожалуй. Ты ж видела.
- Это потому что она не поняла сначала. Когда поняла - все нормально же?
- Ну я надеюсь. Слушай, а у них... ничего нет?
- Физически - нет. А нефизически... как будто сама не знаешь.
- Даа. Ёжка все-таки меня поражает. Ты не боишься, что она...
- Сань, да ты что. Я себе так не верю.
- Хм. И то правда. - Санька прищурилась - А меня не боишься? Я ведь не она, я могу.
- Не боюсь, - подруга показала ей язык. - Ты не из таких.
Та неожиданно прыснула:
- Ой, ну ты иногда такая наивная! За Машку вон тоже думала, что она "не из таких"...
Нелька не то чтобы окаменела, просто "потерялась" на середине какого-то легкого движения. Неуклюже, с усилием его закончила, и так же через силу проговорила:
- Саш. Не надо. Про это - не надо, хорошо?
- Извини, Нель. Извини, правда. Я не хотела.
- Да знаю, - голос слегка оттаял. - Просто до сих пор болит... я Паську только недавно перестала во сне видеть... Ладно. В любом случае, я тебе тоже верю, так что разрешаю вам с Тиком всё. Он не может пока не гулять - так пусть гуляет, где я его могу контролировать. С тобой, с Катькой, с одноклашками...
- Фуу. Ну ты циничная, Нель. - Санька покрутила головой в полувосхищении-полуизумлении.
- А жизнь научила, знаешь, - почти совсем нормальным голосом охотно пояснила Нелька. - Нет смысла от нее требовать невозможного. Зато возможного - надо требовать без остатка. Кстати... - она вдруг замерла, поймав неожиданную мысль, - а если я прямо сейчас тебе его разрешу? Вы так друг на друга смотрите весь день... А он у меня уже две недели на голодном пайке, и еще с неделю будет. С этими ребрами - только ртом могу, и то еле-еле. И Катьки нет. Того и гляди, на девок бросаться начнет. Как ты на это посмотришь?
В Санечкином ответном взгляде смешались одновременно надежда, страх, изумление, нерешительность и отчаянность. Рыжая смотрела с неприкрытым интересом.
- Нну. Нель. Ну... Я не знаю...
- Сааашка! Я тебя не узнаю! - старшая подруга уже откровенно веселилась. - Ты? Стесняешься?! Сашка, у тебя уши покраснели! Ты что делаешь, завтра метель будет, яблони померзнут! Немедленно соглашайся, слышишь!
- Уй! Нелька! Перестань! - лохматую заколотило в истерическом хихиканье. - Ну ты вообще! Ну ты ссерьезно, что ли? Ккак это? Ты, мне, ппрямо здесь? Ппредлагаешь? Сссним трахаться? Пперед тобой?
- А ты что, никогда? . . - "совратительница" вытаращила и без того огромные глаза, живо напомнив мышку из неприличного анекдота. - Никогда ни перед кем? Серьезно? Саанька, бедная... это же твой шанс! Не бойся ты, глупышка, все классно будет. Иди ко мне, я тебя успокою. Иди-иди, меня-то чего бояться... Только не прижимайся сильно, хорошо? Мне еще больно пока. Дай я тебя поцелую, котенок. Герда моя... Геердочка...
- Рыжика... такая непривычная... без волос... смешная... милая... ты скучала по мне?
- Конечно, котенок. Ты из всех моих девочек - самая нежная, самая любимая, самая близкая... а живешь дальше всех. Ты мне снишься, кстати. Часто.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 44%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 77%)
|
 |
 |
 |
 |  | Потом я встал, опять загнул его спиной к себе, он оперся уже на стиральную машину и я выебал его до конца (в смысле, до того как я сам кончил). Потом мы оба подмылись (пока мы мылись, он несколько раз засовывал мне свой палец в дырку). Я тоже засунул ему в ответ и заметил, что она у него стала довольно большая (горяздо больше, чем когда мы сосали друг другу и вставляли друг другу в дырки пальцы). |  |  |
|
 |
 |
 |  | При этом она поглаживала меня по попке, ее пальчик гулял вокруг моей дырочки, то широкими кругами, то наоборот надавливая на нее она достала из под подушки смазку и нанесла ее на пальчик. И уже более настойчиво игралась с моей дырочкой. Ее пальчик уже начал входить в меня. Она попросила встать меня на колени. Я встал так, что бы мне было, удобно делать Сереже минет, его член уже был в боевом настрое. Капелька смазки красовалась на его крупной головке. Я ласкал его член, а Инна, пристроившись сзади меня одной рукой ласкала мою попку, разминая мне дырочку она запускала туда уже два пальчика, а другой рукой подрачивая мой член. Ее пальчики нежно входили в меня, удовлетворившись, что они нормально входят, она начала их немного разводить в сторону растягивая мою дырочку при этом, не забывая про мой член. А я с упоением насасывал член Сергея, лаская то головку то, водя языком по стволу, то облизывая его яички подрачивая его член. Он был тверд и крепок. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Оля была спортсменкой, пловчихой. Широкие плечи, узкие бедра, короткая стрижка. Мне нравилось бывать у нее дома. Пару раз я приходил, когда он только что выходила из душа. В тот раз она провела меня в свою комнату и ушла в душ. Я слышал шум воды и моя фантазия рисовала картины обнаженного девичьего тела. Потом Оля в огромном махровом халате (наверняка родительском) вышла из ванной и присела на корточки перед одежным шкафом. Выудив из него что-то белое и зажав это в кулачек, она вышла в другую комнату. "Трусики забыла взять в ванную" подумал я. Через полминуты она появилась, и мы сели рядом на диван читать журналы. Конечно, буквы прыгали и сливались в моих глазах, я думал только о том, что под халатом. Постепенно соседство становилось все более тесным, легкие объятья переросли в тяжелые, вот и халат распахнут, вот и прекрасные груди Оленьки открылись для обозрения и ощупывания. Стали видны белоснежные трусики под мускулистым животиком. Я понял, что пришла пора становиться мужчиной, и не отрывая губ от шеи и грудей Оленьки, расстегнул ширинку и спустил джинсы на пол. Ольгины трусики не легко было снять, но я почувствовал ее помощь, она приподняла попку, чтобы мне было удобней раздеть ее. И вот она, девичья пещерка перед моими глазами. Мои пальцы попадают во что-то скользкое и мягкое. Я бодро ложусь сверху на Олю и пытаюсь вставить свой каменный член в ее лоно. Член трется по ее бедрам, скользит дальше и натыкается на щетину коротко постриженных лобковых волос. Ольга, как все пловчихи, брила промежность. Но это привело к моему фиаско. Упершись в колючки, член сдулся, и никакие мои волевые мысленные приказы не могли его поднять. Пристыженный, я ретировался с любовного ложа. |  |  |
|
 |
 |
 |
 |  | Он стоял совсем близко весь в черном, шелковая рубашка глубоко расстегнута, волосы волнами распущенны до плеч, надменность и искорки ада в глазах, он стоял так близко и она вдыхала его аромат. Аромат свежести, зеленеющих бескрайних и далеких лугов. Таких же далеких и не реальных как он сам. Секунды превращались в вечность, слышно лишь гулкое и медленное биение сердца. Она стояла вжавшись в стену следя за его каждым движением, как он повернул голову, как отвел руку что бы затушить сигарету, как эта же рука приблизилась к ее лицу, волосам... |  |  |
|
|